18.09.2015

Проблемы мирового и российского пчеловодства

Проблемы мирового и российского пчеловодства

Президент «Апимондии» Жиль Ратия в ходе визитов в Башкирию и Пермский край в конце августа 2015 года изложил свои оценки глобальных проблем пчеловодства.

Эти оценки сводились к следующему:

Главная проблема мирового пчеловодства – чрезмерно высокая гибель пчелиных семей. Лет десять назад и ранее она в среднем не превышала 5%, а теперь составляет в США, Аргентине и ряде стран Европы 30-45%.Это результат многих взаимосвязанных факторов. В том числе применения в сельском хозяйстве мощных пестицидов. Крайне токсичными для пчёл являются системные пестициды из группы неоникотиноидов. Ими обрабатываются не только посевы, но и семена сельскохозкультур, в результате чего нектар и пыльца этих растений становятся опасными для пчёл. Токсичность неоникотиноидов превышает токсичность наиболее востребованного в 60-х годах прошлого века инсектицида - ДДТ (дуста) почти в 10 000. раз.

Бичом пчеловодства остается клещ варроа, который сегодня не добрался только до Австралии, а также переносимые этим клещом вирусы. «Коктейль» из пестицидов и вирусов ослабляет иммунную систему пчёл и делает их легкой добычей различных патогенов. Распространению опасных паразитов и болезней пчёл способствует нелегальная международная торговля пчелопакетами и матками.

Применение в сельском хозяйстве гербицидов ведет к уничтожению ценных медоносных растений. В результате возникает феномен «зелёной пустыни», когда при кажущемся обилии растительности пчелы оказываются на голодном пайке, и пчеловоды вынуждены подкармливать их искусственными кормами. Дефицит полноценных естественных кормов негативно сказывается на здоровье пчёл. Все более заметное влияние оказывают на пчел аномалии климата, однообразие генотипа маток и другие факторы.

Вторая глобальная проблема – фальсификация мёда. Ежегодно в мире производится от 1,7-2,0 млн. тонн мёда. Из этого количества фальсификат составляет около 30%. Львиная доля меда фальсифицируется на стадии его переработки на промышленных предприятиях. Лидером в области производства натурального меда и его фальсификации является Китай. Сегодня даже самые современные, технически хорошо оснащённые лаборатории не могут выявить фальсификат, произведенный в Китае. Китайский мёд поставляется на мировой рынок по самым низким ценам. Это сбивает цены на качественный натуральный мёд, производимый и экспортируемый другими странами.

Полифлерный мед составляет 70% производимого в мире меда, а монофлерный - 30%. Пчеловоды сбывают 67% меда посредникам и 33% - напрямую потребителям.

Третья проблема – неуклонное ужесточение международных требований к качеству пчелопродуктов. Это ответная мера на тотальное распространение фальсифицированного мёда. В недавнем прошлом качество мёда определялось по таким показателям как цвет, вкус, содержание воды, соотношение глюкозы и фруктозы и т.д.

Сегодня главным критерием является отсутствие в меде остаточных количеств пестицидов, ветеринарных препаратов (антибиотиков – ред.), радионуклидов, пыльцы генно-модифицированных растений и других токсичных веществ, характеризующих условия, в которых пчелиные семьи развивались и производили мед. К сожалению, во многих странах пчеловоды продолжают применять антибиотики для лечения болезней пчел. Но есть страны, где это не делается. В Новой Зеландии, например, антибиотики в меде не обнаруживаются уже в течение 20 лет.

В образцах мёда из многих стран находят запрещённый 50 лет назад для применения в ветеринарии антибиотик широкого спектра действия хлорамфеникол (левомицитин). Из-за использования китайскими пчеловодами этого препарата мёд из Китая был в течение продолжительного времени запрещён на мировом рынке. По просьбе Германии в стандарты на мёд будет введён такой показатель, как наличие алкалоидов.

Апимондия поддерживает движение за перевод мирового сельского хозяйства и пчеловодства на органические стандарты. Многие страны уже осознали необходимость этого. В Австрии, например, 17% сельскохозяйственной продукции производится с применением экологически безопасных технологий.

Четвёртая проблема - стабильный рост расходов на содержание пчел и производство мёда. Дорожает контроль качества мёда. Например, анализ на наличие в меде пыльцы ГМО стоит в Европе 200 евро. Растет стоимость бензина, пасечного инвентаря и оборудования.

Пятая проблема - старение пчеловодства, повышение среднего возраста пчеловодов. Ужесточение законодательства в сфере пчеловодства отвращает молодых людей от этого занятия. Сегодня средний возраст пчеловода составляет 45-50 лет. Если молодежь не будет интересоваться пчеловодством, то через одно поколение в этой отрасли некому будет работать.

По мнению Ж. Ратия, успешно решать перечисленные выше проблемы можно только с помощью расширения сотрудничества между пчеловодами, учеными и специалистами всего мира. В том числе - в рамках Апимондии. Сегодня в этой международной организации работают 14 групп по разным научно-практическим направлениям. Ближайший ее конгресс состоится 14-20 сентября 2015 года в Южной Корее, очередной - в 2017 году в Турции, а следующий (вероятно) в США или другой стране. Россия имеет возможность подать заявку на проведение у себя конгресса Апимондии в 2021 году.

По мнению Ж. Ратия, многие из перечисленных выше проблем характерны и для российского пчеловодства, и с этим можно согласиться. Но модель развития нашего пчеловодства сегодня существенно отличается от соответствующих моделей других стран. За последние 3 года в нашем пчеловодстве произошло больше значимых событий, чем за два предыдущих десятилетия. Тем не менее, пока нет оснований считать, что ситуация стала меняться к лучшему. На ряде направлений вектор развития нашего пчеловодства по-прежнему противоположен мировому вектору, а количественные изменения пока не перешли в изменения качественные. Чтобы это, наконец, произошло, необходимы энергичные усилия всех секторов российского пчеловодного сообщества и государственная поддержка этих усилий.

Производство меда в России стабильно растет. По данным Росстата, в 2000-2008 годах в среднем производилось 53 тыс. тонн мёда в год, в 2011 году - 60, в 2012 году - 64, в 2013 году - 68 и в 2014 -75 тыс. тонн. По этому показателю мы занимаем срединное положение в первой десятке «пчеловодных держав». В НИИ пчеловодства считают, что медоносная база позволяет нам увеличить производство меда до 300 тыс. тонн. А.Г. Бутов уверяет, что Россия могла бы производить 1 млн. тонн меда.

В 2014 году по производству меда на душу населения мы опережали Китай в 1,5 раза; США и Германию более чем в 2 раза; Индию - в 8 раз и Японию - в 20 раз. По потреблению меда на душу населения мы также занимаем вполне достойное место в мировом рейтинге.

Страна* Пр-во меда, тыс. тонн Импорт меда, тыс. тонн Экспорт меда, тыс. тонн Потребл. меда, тыс. тонн Население, млн. чел. Потребл. на душу населения, грамм Про-во на душу населения, грамм
Россия 74,8 0,5 1,2 74,1 146,3 510 511
Китай 450,0 5,8 118,0 338,0 1375 245 327
Турция 102,5 - 5,0 98,5 77,7 1267 1319
Индия 75,0 - 35,0 40,0 1287 31 58
США 80,6 166,5 4,9 242,2 318,9 760 253
Аргентина 62,0 - 52,2 9,8 42,6 230 1450
Мексика 60,0 - 33,0 27,0 125,8 215 476

*Данные за 2014 год по Украине и другим странам уточняются.

Сегодня в России зарегистрированы три общероссийские пчеловодные организации, несколько межрегиональных объединений и около 90 региональных обществ пчеловодов. Каждая из этих структур имеет определенные заслуги в деле развития российского пчеловодства, но они практически не взаимодействуют друг с другом, а порой вступают в открытое противоборство.

Отечественное пчеловодство не лишено внимания со стороны федеральных и региональных властей. Наш рынок меда защищен импортной пошлиной (15%). Законы о пчеловодстве приняты в 34 субъектах федерации, и вопрос об их принятии рассматривался еще в 10 регионах. В августе этого года депутаты фракций КПРФ и ЛДПР внесли в Госдуму два проекта федерального закона «О пчеловодстве». За принятие такого закона выступают НАПиПП и Союз «Пчеловодство». Президент РНСП считает, что специальный федеральный закон «О пчеловодстве» не нужен, что достаточно будет внести статьи о пчеловодстве в законы о ветеринарии, землепользовании и лесе.

Существенно повысился интерес к проблемам пчеловодства со стороны российских средств массовой информации. Представителей пчеловодного сообщества неоднократно приглашали для интервью различным телеканалам и в пресс-службу Минсельхоза (Агро-ТВ). Расширились связи российских ученых, бизнесменов и пчеловодов с зарубежными коллегами.

По данным российской таможни, в 2014 году Россия впервые за четверть века экспортировала меда больше, чем импортировала. Экспорт меда в 20 стран ближнего и дальнего зарубежья составил около 1200 тонн. В тройку лидеров в этой области входили:

Страна Тыс. долл. Тонн
Китай 1553,9 558,6
Казахстан 601,8 209,7
Швеция 186,3 120,9


Импорт меда из 15 стран мира составил более 500 тонн. В тройку главных поставщиков меда вошли:

Страна Тыс. долл. Тонн
Австрия 1125,5 212,2
Китай 252,3 140,9
Киргизия 212,1 80,8


Мед не был включен в список «санкционных» товаров. Но российский мед вполне мог бы заменить на отечественных прилавках мед из Австрии, Австралии, Бельгии, Литвы, Новой Зеландии, Франции, Японии и других стран, присоединившихся к антироссийским санкциям.

Гибель пчелиных семей во многих регионах России в 2014 году составила 30-40%. По-видимому, одной из причин этого является нарушение норм обработки сельхозкультур пестицидами. В том числе неоникотиноидами, среди которых наибольшую опасность для пчел представляют имидаклоприд, тиаметоксам и клотианидин. На применение этихсистемных пестицидов в ЕС в 2013 году был введен двухгодичный мораторий. В России в 2014 году количество зарегистрированных препаратов на основе неониктиниодов увеличилось по сравнению с 2013 годом в два раза.

Производителями неоникотиноидов являются крупные зарубежные химические концерны. Объем продаж пятерки лидеров этих концернов в 2014 году составил: у Синдженты - 11,4 млрд. долл.; Байер Кроп Сайенс - 10,5 млрд. долл.; БАСФ - 7,2 млрд. долл.; Дау - 5,7 млрд. долл. и Монсанто - 5,1 млрд. долл. Это означает, что каждый из них в 2014 году продал готовой продукции на сумму, превышающую сумму мировых продаж всех пчелопродуктов. Эти концерны лоббируют свои интересы в собственных странах и за рубежом намного эффективнее, чем это делают объединения пчеловодов. Руководители российских пчеловодных объединений хранят полное молчание по этой проблеме. Среди российских чиновников и ученых также нет желающих рассказать, на каком основании неоникотиноиды ввозятся в нашу страну, и кто конкретно давал на то соответствующее разрешение. Серьезные научные исследования на тему «Неоникотиноиды и пчелы» в России можно пересчитать по пальцам одной руки.

Уровень фальсификации меда в России явно не ниже обозначенного Ж. Ратия среднемирового уровня в 30%. Однако об истинных масштабах этого мошенничества можно только догадываться. В России, в отличие от многих других стран мира официальные данные на этот счет не публикуются. Систематическая борьба с фальсификацией меда не ведется, хотя обещаний со стороны руководителей Россельхознадзора и Роспотребсоюза на этот счет было немало.

Настораживает тот факт, что в этом году в России собран самый низкий за последние годы урожай меда. По неофициальным оценкам, во многих регионах он оказался на 40% ниже рекордного прошлогоднего. Если это так, то есть основания ожидать существенного увеличения доли фальсификата отечественного и зарубежного производства на российском рынке меда. В этом случае наше пчеловодство будет отброшено в своем развитии на несколько лет назад.

(Эти тезисы в сокращенном виде были предложены участникам восьмого съезда Пчеловод-инфо)

А. Пономарев




Количество просмотров: 6497

Поделитесь с друзьями:

Подпишитесь на обновления
сайта по e-mail:


Назад в раздел


Комментарии
Прикрепить файл
Отправляя комментарий я соглашаюсь с условиями политики конфиденциальности